Почему в России нет топовых PRO IRONMAN?
Почему за эти 28 лет в России не появилось ни одного сильного атлета на длинную дистанцию?
Еще совсем недавно в России был один сильный ПРОатлет - Иван Тутукин, мастер спорта международного класса по триатлону. Однако теперь этот спортсмен выступает за Казахстан, и на данный момент в нашей стране нет ни одного потенциального призера полной дистанции Ironman. Один из лучших результатов, показанных отечественными спортсменами на чемпионате мира, принадлежит Алику Рукосуеву. В далеком 1993 году он был вторым по итогам водной дистанции и итоге занял 13 место. С тех пор в России появлялось всего несколько атлетов, способных показать приличный результат на чемпионате мира на Коне.

Я сейчас акцентирую внимание именно на полной дистанции: с 70.3 (полу-IRONMAN) дела обстоят лучше, так как в нашей стране, в отличие от остального мира, больше заинтересованы в "половинке". В Америке и Европе основное внимание приковано к чемпионату мира, и спортсмены намного проще относятся к результатам 70.3 Приведу в пример слова моего товарища из Германии. Он рассказывал: "чтобы найти спонсоров в Европе, нужно быть как минимум в первой тройке "половинки" на чемпионате мира, и то, не факт, что повезет; с другой стороны, если показать хороший результат на полной дистанции IRONMAN, спонсоры будут хотеть сотрудничать с тобой значительно сильнее".

Отсюда возникает вопрос: почему за эти 28 лет в России не появилось ни одного сильного атлета на длинную дистанцию? И, скорее всего, не появится в ближайшие несколько десятилетий? Причина заключается как в самих российских триатлетах, так и в нашей спортивной системе, находящейся в тесной зависимости от экономики. У нас нет условий, в которых будет возможно появление сильного спортсмена для длинных дистанций.

Если рассматривать систему финансирования российского триатлона, то сейчас, с приходом нового руководства в лице Ксении Сергеевны Шойгу, могут произойти изменения. Как это будет реализовано, пока не известно. Последние восемь лет в федерации делался акцент на развитие олимпийского триатлона и на достижение медалей в миксовой эстафете. Но, как оказалось, это была неправильная ставка: российские триатлеты на Олимпиаде стабильно на низких позициях, и в ближайшее время вряд ли ситуация станет лучше. Другой серьезной проблемой является то, что составсборной практически не обновляется. Появилось немного новых атлетов, но ни один из них не показывает высоких результатов. 10-12 лет назад у России были чемпионы мира и Европы в U23 (юношеский спорт); из этих топовыхюниоров во взрослые триатлеты перешла только половина, а повторить успех на взрослом уровне не удалось никому. Триатлетов же, способных перейти в триатлон на длинныедистанции, у нас сейчас попросту нет. Деньги в триатлоне всё еще выделяются в основном под олимпийский спорт. Я говорю про ставки от федерации и регионов (минимальная – 20-30 тысяч рублей), а также про дополнительную ставку от армии (основной состав сборной состоит в ЦСКА, ставка для самого низкого звания около 50 тысяч рублей). Таким образом, среднестатистический атлет-олимпиец получает примерно 70-120 тысяч рублей. К тому же, федерация берет на себя расходы по организации тренировочных сборов. Эти условия позволяют атлетам долгое время находиться в олимпийском резерве.

Что же происходит, когда спортсмен решает оставить олимпийские надежды? По сути, ничего не меняется: он продолжает числиться в сборной и получать зарплату, выступая только на национальном первенстве. Однако если этот же атлет захочет принять участие в соревнованиях на длинные дистанции, то его снимут со всех ставок, и спортсмену придется уйти в свободное плавание. Это означает, что нужно будет самостоятельно искать средства для занятий любимым видом спорта (с учетом, что длинный триатлон обходится дороже). По этой причине переход из олимпийских атлетов в ПРО на длинные дистанции в России попросту невозможен. Так было до настоящего момента.

Надеюсь, что с этого года проблема сдвинется с мертвой точки. Мне известно, что сейчас появилась одна ставка для российского триатлона на длинные дистанции. Также становится больше поддержки от армии. Конечно, узнав об этом, российские триатлеты начали делать всё возможное, чтобы получить дополнительное финансирование (отмечу, что эта борьба иногда принимает грубые формы). Однако даже с учетом улучшений, ждать появления сильных ПРО в России сейчас – не стоит. Победа на Коне продолжает не интересовать ни федерацию, ни армию. Появления в России спонсоров, способных обеспечить триатлету подготовку к чемпионату мира IRONMAN, тоже не приходится.

Так и выходит, что до Коны из России добираются единицы. Конечно, наша страна богата талантами. Недавно я познакомился с человеком, ставшим чемпионом мира по дуатлону (а чемпионат POWERMAN можно сравнить с IRONMAN). Но, опять же, этот случай являетсяуникальным. Триатлон же – спорт возрастной и долгий: он требует медленной, продолжительной и последовательной подготовки. Такую степень подготовки невозможно организовать в условиях российской действительности. Считается, что русские хотят результат здесь и сейчас. Мы не умеем ждать: год-два пытаемся показать максимум, не задумываясь о будущем в долгосрочной перспективе.

Мой тренерский опыт показывает, что подопечные действительно редко бывают терпеливы и умеют, следуя поставленному плану, вовремя «включать голову». В триатлоне нужно уметь сочетать изобретательность ипоследовательность, и год за годом добиваться медленного прогресса.

Напоследок, поделюсь с вами словами моего тренера. Как-то я спросил его, сколько нужно лет, чтобы стать чемпионом мира. Любаш ответил следующее:

«Когда ты выиграешь свой первый Ironman, с того момента понадобится еще 10 лет, чтобы выиграть Кону».

Так что умение ждать, готовиться медленно и последовательно – это действительно то, что должен освоить в триатлоне каждый настоящий ПРО.

Поделиться статьей в соцсетях:
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Есть вопросы или предложения? Напишите мне!
Мы уважаем вашу приватность. Мы не передаем данные своих пользователей третьим лицам.